ПОСТ-ПОСТ И МЕТА-МЕТА

                                                            Сартр — это не всерьёз. Модернизма больше нету.

                                                      Не наврали про невроз этикетки сигареты.

                                                              Я такая — пост-пост, я такая — мета-мета.

                      Лиза Монеточка, «Пост-пост»

Эта строчка из песни популярной сегодня Монеточки станет отличной нитью Ариадны для текста о модернизме и его преодолении. Тут и Сартр, решительно отвергающийся современностью, и категории пост-и мета-, появление которых сама Лиза обозначала как иронию над псевдоинтеллектуалами, стремящимися везде употреблять «модные» словечки. Но, памятуя о бессмысленности обращения к авторской интерпретации, поговорим обо всём по порядку.

В самом начале, как известно, было слово. А до пост- и метамодернизма был модернизм. Здесь следует отметить, что наиболее полное отображение понятие модернизма находит в рамках дисциплины искусствоведения, но его можно рассмотреть и как интеллектуальное течение, продукт европейской философской мысли. Однако есть разногласия как в самом определении, так и в установлении хронологических рамок. Согласно одной из версий, под философией модерна следует понимать философию Нового времени, то есть момент обоснования принципов научного познания и рационализма (о них писали Декарт, Бэкон, Кант), занявших место религиозности и магического мышления. В этом случае модернизм оказывается связан с научной революцией, развитием индивидуализма и становлением капиталистического общества, но тогда возникает проблема при попытке полностью разграничить понятия капитализма и модернизма. Трактовка модернизма как мировоззрения, отрицающего традиционные основы, является слишком широкой. Здесь нельзя не согласиться с Умберто Эко в том, что любая эпоха имеет свой модернизм, то есть идеологическое стремление к новаторству и переосмыслению традиции. Наиболее популярным является определение модернизма как общекультурного течения конца XIX — XX вв., ориентированного на современность. Модернизм был первой идеологией, охватившей все сферы культуры и направленной на синтез религиозных, философских и искусствоведческих идей: именно модерн создаёт идею единой религии, основанной на синтезе оккультизма, мистики и христианства, единого искусства (Р. Вагнер, С. Дягилев), единой (для всех времён) философии (Ф. Ницше). Задачей мыслителей-модернистов становится поиск универсального сознания.

Основное отличие модернизма от реалистического восприятия ХIХ века – стремление моделировать реальность, а не познавать её,  а также отказ от сугубо материалистической парадигмы и вера в непознаваемое.

Модернизм как наименование художественных течений объединяет в себе новые стили и практики в литературе, музыке, архитектуре, живописи, возникшие на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков. Социальные потрясения способствовали поиску новых форм выражения, отказу от прежних представлений об искусстве и красоте. Основными тенденциями искусства этого периода стал воинствующий антитрадиционализм, условность стиля, пристальное внимание к форме. Фовизм, экспрессионизм, символизм, акмеизм, кубизм, футуризм, абстракционизм, дадаизм, сюрреализм — таков далеко не полный список направлений художественного поиска в начале XX века, объединившихся под знаменем модернизма, проявивших себя в поэзии, прозе, архитектуре, живописи и музыке. В России модернизм появился во время, которое принято называть Серебряным веком.  «Это было эпоха пробуждения в России самостоятельной философской мысли, расцвета поэзии и обострения эстетической мысли, религиозного беспокойства и искания, интереса к мистике и оккультизму…» — писал про него философ Бердяев.

Постмодернизм – это, что более чем очевидно из самого термина, то, что было после модернизма, течение в критике, философии, литературе второй половины XX века. Определение Оксфордского словаря следующее: «стиль и понятие в искусстве, архитектуре и критике второй половины ХХ века, представляющий собой отход от модернизма, характеризуемый обращением к более ранним стилям и традициям, смешением различных художественных стилей и средств, а также принципиальным недоверием к теории». В философии мы можем отнести к постмодернизму Деррида, Фуко, Делеза, Бодрийяра, Лиотара и других. В искусстве можно отнести целые направления: поп-арт, минимализм, концептуализм. Сам термин «постмодерн» возник в 1914 году для фиксации реакции на кризис модерна, однако, относительно момента полной смены культурной парадигмы с модернисткой на постмодернисткую ведутся споры – одни ведут отчёт с 1960-ых годов, другие относят начало эпохи к началу Второй мировой войны, связывая с ужасами нацизма и гибели всех гуманистических ценностей и идеалов предшествующих годов. Теодор Адорно, немецкий культурфилософ и музыковед, приобрёл известность в широких кругах благодаря фразе о том, что писать стихи после Освенцима – варварство. По сути, Адорно утверждает, что «Освенцим» — это особенный опыт, необратимо меняющий отношение ко всему, в том числе и к поэзии. Смысл заключается не в желании, способности или моральном праве на написание стихотворений, а в том, что полученная травма не поддаётся привычному способу её переживания через катарсис, и обесценивает любую попытку высказывания о ней. Течение постмодернизма как раз об этом – о послевоенном крушении идеалов, характеризующемся концом истории, идеологии, политики, искусства, социальных классов —  всего. Но место исчезнувших идеологий не занимают новые, противоположные им – единственно возможной оптикой становится критическая отстранённость от реальности, её перманентное переосмысление через иронию и пародию. Умирают три «слона, держащие мир» – Бог, автор и сам субъект с его свободой.

«Смерть Бога» – это фундаментальная метафора философии постмодернизма, восходящая к постулату Ницше «старый Бог умер» и протестантскому модернизму. Но если в рамках протестантского модернизма смерть Бога означала идею моральной и когнитивной зрелости субъекта, который уже может взять на себя ответственность и не нуждается в универсальной объяснительной формуле (Бог умер, потому что он не нужен), то для постмодернизма эта фигура обозначает радикальный отказ от идей окончательной и исчерпывающей внешней принудительной причинности, а также от логоцентризма (тенденцию опоры, зачастую необоснованной, на центральный элемент любого текста или предмета философского анализа). “Смерть Бога обращает нас не к ограниченному и позитивному миру, она обращает нас к тому миру, что распускает себя в опыте предела… в акте эксцесса, излишества, злоупотребления, преодолевающих этот предел, переступающих через него, нарушающих его” – пишет Мишель Фуко. Непредсказуемая случайность приобретает фундаментальный статус.

Концепция смерти автора была сформулирована французским философом и литературоведом Роланом Бартом. Вкратце её можно объяснить как отказ от приданию фигуре автора какой бы то ни было важности – он становится скриптором, то есть записывающим, фиксирующим окружающие его потоки информации, а муки творчества – виртуозным жонглированием чужими текстами, их бесконечному обыгрыванию, языковой игрой. Произведение становится компиляцией более ранних текстов, главной целью чтения – смакование текста, удовольствие для реципиента (читателя). Таким образом, лишается смысла формулировка «автор хотел сказать…». Право на интерпретацию принадлежит исключительно читателю, при этом не существует единой правильной трактовки, они уравниваются в правах, поскольку каждое прочтение – уникально.

Субъект в постмодернизме характеризуется через множество идентичностей, зависящих от истории, культуры, личного опыта, взаимоотношений с другими, таким образом, стирается первостепенность какой-либо из идентичностей. Эта критика была нацелена не только на рациональный картезианский субъект, но и на экзистенциальный субъект – Сартра. Свободного выбора в рамках постмодернизма не существует, как и возможности взять ответственность за формирование собственной личности. Это вступает в противоречие, например, с идеологией феминизма, для которой важна субъектность и опора на собственную идентичность.

Применительно к современности, понятие постмодернизма в массовой культуре чаще всего обозначает усталость людей от веры в какие-либо идеологии и ироничное отношение буквально ко всему. Наглядными примерами продукта постмодернизма является творчество Пелевина и Сорокина, мультсериал «Южный парк», интернет-культура мемов и ироничных высказываний о серьёзных вещах.

Пост-пост-модернизм – это и есть метамодернизм, появившийся в XXI веке, когда множество людей усомнилось в безальтернативности мира.

Проиллюстрируем его событием из музыкальной жизни. Недавно сложившийся инди-дуэт «Комсомольск» даёт интервью журналу «Афиша» и отвечает на вопрос о сравнении с Монеточкой, относя её тексты к постмодернизму, а свои к метамодернизму.

«Распишу на пальцах: вот есть песня с вопросом «Где мы сейчас?». Это многозначный вопрос, относящийся одновременно ко всему философскому пространству. Где — указание на место в пространстве, сейчас — указание на время в пространстве и сопоставление координат в пространстве. Мы — общность, отличающая его от личной системы координат. Метамодернизм — в этом. А постмодернизм — проще, ты просто используешь иронию, чтобы рассказать вещи, которые для тебя действительно важны, а ирония, как правило, быстро считывается, это касательно Лизы могу сказать».

Термин «метамодернизм» появился в 2010 году благодаря двум голландским философам-теоретикам Тимотеусу Вермюлену и Робину ван ден Аккеру. С их слов «метамодернизм» – не баланс между модернизмом и постмодернизмом, а «скорее, это маятник, раскачивающийся между двумя, тремя, пятью, десятью, бесчисленными множествами полюсов. Каждый раз, когда энтузиазм метамодернизма качается в сторону фанатизма, серьезность направляет его обратно к иронии; в этот же момент ирония колеблется в сторону апатии, и тогда серьезность (равновесная сила) движет ее обратно в сторону энтузиазма». Получается, что после периода всеобъемлющего нигилизма и отказа от любых ценностей, происходит возрождение искренних высказываний, романтизма и возврат к общим концепциям, но без наивности, тоталитарности и элитаризма, свойственных модернизму. Ирония и искренность больше не исключают друг друга, а взаимодополняют. В литературе становится популярным «новый реализм» – произведения, обращающие внимание на серьезные проблемы общества, но менее прямолинейно, чем ранее. В кинематографе чувствительность и ироничность метамодернизма отчетливо проявляется в фильмах американского режиссера Уэса Андерсена. «Таким образом, метамодернизм следует определить как переменчивое состояние между и за пределами иронии и искренности, наивности и осведомлённости, релятивизма и истины, оптимизма и сомнения, в поисках множественности несоизмеримых и неуловимых горизонтов. Мы должны двигаться вперёд и колебаться!» — так звучит последняя строка манифеста.

А завершение мы ещё не придумали.

 


 Авторка Дарья Кулаева

Наверх