СОВЕТСКАЯ СКОРБЬ И МОЛЧАЛИВОЕ ПРИНЯТИЕ: КАК ПОНЯТЬ ТВОРЧЕСТВО СЕРГЕЯ ЛОЗНИЦЫ

Что такое документальный фильм? Черно-белая хроника исторических событий? Скука от просмотра? Между тем, документальное кино – та самая основа, на которой зародился кинематограф в конце 19 века. Желание запечатлеть “правду жизни в 24 кадра в секунду” породило первые документальные короткометражки. На примере режиссера Сергея Лозницы доказываем, что документальное кино – зачастую совсем не то, чем кажется.

 

 

Сергей Лозница – украинский режиссер, документалист, которого можно назвать фестивальным, учитывая количество его наград с мировых кинособытий. Широкому зрителю он известен, прежде всего, своими игровыми лентами: “Счастье мое” и “В тумане”.

 

Художественное кино начинается с хорошего сценария. Иначе обстоит ситуация с документальным. Обычно оно начинается с идеи, наброска, из которого и произрастает съёмочный процесс. Если исходный материал уже предоставлен, творческий процесс усложняется, поскольку возникает ограниченность в использовании художественных средств. Это ещё одна причина, по которой возрастает ценность работ автора, основанных на архивных материалах: “Блокада”, “Представление”, “Событие”, “Процесс”, “Прощание со Сталиным” (или “Государственные похороны”).

 

К основным художественным приемам документального кино относят: работу с кадром, темп и ритм, из которых складывается динамика повествования, изобразительно-звуковой ряд. Сергей Лозница обращается к кадрам небезызвестных событий советской эпохи (сталинские репрессии, блокада Ленинграда, путч 1991 года, ознаменовавший конец эпохи коммунизма) и актуализирует их для современного зрителя.

 

В фильме “Прощание со Сталиным” огромное количество отснятого материала позволяет показать различные масштабы и точки съёмки. На общем плане мы наблюдаем монотонный шаг людей, стекающихся к тому, что для них представлялось центром притяжения и основной движущей силой коммунистического государства. Крупный план выхватывает из нескончаемого людского потока их лица: плачущие, скорбные, любопытные, бесстрастные. Приём напоминает фильм Герца Франка “Старше на десять минут”, где мы наблюдаем за сменой эмоций на детских лицах, внимающих действу, для нас недоступному.

 

Необычен эффект чередования черно-белых и цветных кадров хроники. Флаги цвета калёного железа и гвоздики в похоронных венках переносят зрителя в ушедшее время, либо приближают ушедшее к сегодняшнему. Срабатывает любимый у Лозницы приём погружения в пространство – наблюдать, но не вторгаться. Через метод параллельного монтажа зрителю демонстрируют людей с разных концов СССР, объединённых общим мотивом. Сначала они внимают голосу Левитана по радио, затем скорбно склоняют головы в минуту молчания под залпы орудий, гудков паровозов и пароходов. Зрителя действительно ошеломляют имперские масштабы безумия, охватившего советский народ.

 

Фильм “Процесс” смонтирован из архивных материалов 30-ых годов и посвящён сфабрикованному обвинению и последующему суду над учеными и профессорами (что предвосхитило события, которые потом назовут Большим террором). Крупные планы лиц обвиняемых, взгляд в пол, заученная речь тихим, срывающимся голосом, прерываемым шумным глотком воды из казенного стакана. Общий план зала, забитого зеваками, сторона обвинения, создающая видимость рабочего процесса. Действие перемежается кадрами митингующих людей с лозунгами, призывающими присудить “высшую меру социальной защиты” – так тогда называли расстрел. По словам самого режиссёра, приём повторяющегося действия он добавил в фильм для того, чтобы придать ему ритм и показать динамику событий – что немного отходит от канонов жанра хроники в документальном кино. Но можно ли считать сам первоисточник документальным, если принять во внимание тот факт, что сам процесс был срежиссированным и отрепетированным спектаклем по государственному заказу?

 

 

И “Прощание со Сталиным”, и “Процесс” – фильмы про политические, искусственно созданные ритуалы. Сборником ритуалов и обрядов выглядит и фильм “Представление”, сотканный из материалов, освещающих быт советских граждан 50-70-х годов. “Представление” открывается выступлением оркестра как неким театральным событием. Рабочие руки, перебирающие зерно, сельди, живописно бьющаяся в сетях, слаженная работа заводских станков. Эпизоды рабочей и культурной жизни советских граждан сменяют друг друга как день и ночь. Некоторые моменты в той же степени противопоставлены друг другу. Зарисовка, посвященная трудовым будням, заканчивается вечером в Доме Культуры спектаклем. Слова актёра, играющего первого вождя Советов, подразумевают свергнутый царизм, но после предшествующих кадров мы понимаем, что они куда больше обличают сам коммунизм. Ряд эпизодов смонтированы так, что культурные пятиминутки подчеркивают абсурд и фальшь, не требуя комментариев к просмотренному.

 

Похожий метод использован при монтаже фильма “Блокада”. Однако Лозница намеренно самоустраняется как автор, предоставляя возможность чистого созерцания. Картины блокадного Ленинграда страшны не своей наполненностью, но обыденностью происходящего. Любопытные дети провожают колонну пленных немецких солдат и машут руками. Висит объявление о продаже кровати с матрасом и шахмат. Стоят остовы обесточенных трамваев, а над ними – заиндевелые провода. Люди пробираются сквозь снежные заносы, обходя вмерзшие в мостовые тела. Звуковым сопровождением служат лязги и скрипы трамваев, гомон и крики людей. Это голос города. Звуковая дорожка накладывается не только на эпизоды, но и на монтажные склейки между ними, которыми служит простой прием затемнения. Это незамысловатое художественное средство усиливает эмоциональный эффект и позволяет осмыслить эпизод иначе. Звук залпа победного салюта на темном фоне воспринимается как взрыв бомбы.

 

В жанре хроники представлен фильм “Событие” об августе 1991 года. Советский народ, переживший вместе со смертью Сталина в 1953 году смерть государства, прожил по инерции еще 38 лет. Люди на улицах готовятся оказать сопротивление самопровозглашенному временному правительству, которое пытается сместить действующего президента. Кадры импровизированных баррикад, мотков колючей проволоки, листовок, декламация стихов, песни Высоцкого. Эпизоды склеены мелодией из Лебединого озера Чайковского – произведения, которое стало “белым шумом”, блокирующим центральное телевидение того времени. Лица людей выражают воодушевление, надежду и в то же время растерянность. Жанры хроники и наблюдения в фильмах Лозницы соседствуют с жанром портрета – собирательного портрета русского человека. Через вереницу лиц современный зритель осмысливает исторические события и находит много общего с событиями настоящего.

 

Критики творчества Сергея Лозницы указывают, прежде всего, на “несамостоятельность” фильмов, взявших за основу архивный или использованный ранее материал. Недостаточное количество режиссёрских комментариев делает, по их мнению, подачу материала скучной, сложной для восприятия. Однако, использовав плёнку, снятую для фильма Якова Посельского “13 дней. Дело Промпартии” или для не вышедшего фильма “Последнее прощание” – работ пропагандистской направленности – Лозница перекраивает их и задает совершенно другую направленность. Авторская дистанция и отсутствие явных ремарок вкупе с фирменными художественными средствами режиссёра предоставляют зрителю возможность самостоятельно интерпретировать увиденное.

 


Автор: Настасья Ширшова

Редактор: Владимир Большаков

Наверх