ТАБУ НА ПЛАГИАТ: О РАБОТАХ “FUTURE” ВЛАДИМИРА АБИХА, ТИМОФЕЯ РАДИ И ФИЛИППО МИНЕЛЛИ

В августе 2020 года на Сахалине стрит-арт художник Владимир Абих сжег слово “future” в рамках фейкового фестиваля вторичного искусства “Bite Fest”. До него будущее уже сжигали Филиппо Минелли в 2008 году, Сантьяго Сьерра в 2012 и Тимофей Радя в июле 2020 года. Мы поговорили с Владимиром Абихом о плагиате и повторениях, вторичности современного искусства и этике упоминаний.

 

Непросто дать точное определение вторичности в искусстве. В дихотомии “оригинальное — вторичное” последнее, кажется, занимает наименее выгодную позицию. Оно часто ассоциируется с кризисом формы, с невозможностью добиться чего-либо уникального. Однако повторяемость свойственна не только современному искусству. Например, многое в русской культуре делалось с оглядкой на европейские образцы (начиная с культуры VIII века и заканчивая русским роком). Наконец, искусство вообще как сфера деятельности человека изначально вторично по отношению к действительности.

Современное искусство использует вторичность для порождения новых смыслов. Оперируя культурными мемами, художник порождает новые идеи, преодолевая исчерпанность форм. И здесь возникает необходимость прояснения статуса плагиата в современном искусстве. В условиях, когда все новое уже сделано и сказано, трудно избежать повторений — художник вынужден находиться между Сциллой и Харибдой, когда притязательная публика требует уникального. Плагиат в этом случае представляется порождением капиталистических отношений и связан с понятием авторских прав, патента и денежной прибыли. Установление авторства, как это бывает, например, в науке, трудно представить в современном искусстве, так как оно использует вторичность (или цитатность) как сознательный художественный прием.

Работа Владимира Абиха является одним из подтверждений того, как реэнактмент, омаж, повторение (нужное подчеркнуть) может порождать дополнительные смыслы и открывать скрытый потенциал повторения как приема. Являясь повторением того, что было сделано по меньшей мере три раза разными художниками, работа Абиха, в сущности, “обманывает систему”, остраняет ее, тем самым создавая ситуацию, где множественный повтор открывает новые смысловой потенциал в условиях исчерпанности форм.

Мы поговорили с Владимиром Абихом о плагиате, повторе и его последней работе “Future".

Фото: Тимофей Радя, работа "Future"

Какой смысл вы вкладываете в горящее “future"? Огонь и пожар, как известно, являются составляющей эсхатологических мифов. Он одновременно уничтожает и очищает. Что пылающее будущее значит лично для Вас? Политика? Или что-то большее?

Это future вообще не про будущее, а про повторы. Нам с куратором bite festival Александром Мущенко показалось забавным сконструировать такую парадоксальную ситуацию, когда все видят явный повтор, но никто не вправе об этом заявить, потому что предыдущая работа тоже была повтором. Признать нашу работу повтором все равно, что признаться в собственной некомпетентности относительно оценки работы Тимофея. Мы решили не ждать 8 или 9 лет с момента последнего сжигания, когда зрительская память замылится, а жечь нарочито прямо сейчас.

В одном интервью Вы сказали: “Конечно же, каждый имеет право сжигать свое будущее так, как он хочет. Мы даже объявили конкурс в инстаграме среди таких поджигателей, лучшим будем дарить мерч, уже есть очень достойные кандидаты". Если каждый может повторить перформанс Филиппо Минелли, будет ли это считаться искусством? Где тогда границы между художником и нехудожником?

Хороший вопрос. Существует масса философских и эзотерических объяснений, что такое искусство, и соответственно, кто такой художник. Но в реальности границы между художником и нехудожником определяют институции. Если ты отучился в артшколе, участвуешь в выставках, номинируешься на премии и находишься в музейных коллекциях, то для арт-сообщества ты определенно художник. В противном случае — нечто среднее. Но никто не мешает провозгласить себя художником самостоятельно, и это самопровозглашение, внутренняя смелость, на мой взгляд, первичнее обучения и важнее признания сообществом.

В таком случае что для Вас этика упоминаний? Есть ли какие-то случаи, когда художник “должен” указать цитируемый источник? Или это узнавание (угадывание) отдается на откуп публике?

Многое зависит от конкретной ситуации, бывает, что работы разных авторов выглядят практически одинаково, но содержат совершенно разные смыслы. Бывает, что само время, события наводят на какую-то идею или образ, и практически всегда оказывается, что такая работа уже была сделана ранее. В таком случае не стоит расстраиваться, потому что это означает, что идея лежит на поверхности и доступна каждому. Бывает, что художник знает о сходстве его работы с чужой, в этом случае важно сделать некую “добавленную стоимость”, которая усовершенствует или изменит предыдущее высказывание. В целом указание первоисточника остается на совести художника, но если сходство очевидно, то его лучше указать прямо, это своего рода дань уважения другому автору.

Как вы относитесь к Тиме Раде? Изменилось ли ваше отношение после того, как он сделал работу Future?

К Тиме я отношусь замечательно. Считаю его одним из отцов (на пару с Кириллом Кто) русского концептуального стрит-арта.

Вы планируете сделать фестиваль, который станет “зоной, свободной от плагиата”. Согласитесь, слово “плагиат” в русском языке имеет негативные коннотации. Это будет фестиваль, где плагиат будет упразднен как таковой или это будет площадка, где действует принцип вторичности искусства и исчерпанности форм?

В искусстве довольно много историй с плагиатом в той или иной форме. Где-то осознанно, где-то случайно, где-то как художественный прием, как в случае с Ричардом Принсом и Элен Стюртевант. Сейчас уже слишком сложно придумать что-то новое, да и сама модернистская концепция нового и уникального себя исчерпала. Большие пласты истории уступили место сторис. В этой ситуации только и остается что перерабатывать предыдущий опыт и работать с контекстом. Многие художники сталкивались с ситуациями, когда придуманное оказывалось реализованным кем-то еще. Поэтому мы хотим создать место, где художник может позволить себе нарушить табу на плагиат, закрыть старый гештальт, и возможно, созданное им будет уже не повтором, а чем-то большим, как в случае с нашим future.


Автор: Лиза Матросова

Редактор: Владимир Большаков

Обложка: Владимир Абих, работа “Future"

Наверх