ОДИНОЧЕСТВО И АБСУРДНОСТЬ: О СПЕКТАКЛЕ “ЧТО СЛУЧИЛОСЬ В ЗООПАРКЕ” В НОВГОРОДСКОМ МАЛОМ ТЕАТРЕ

Как мало нужно человеку, чтобы его привычная, размеренная жизнь дала сбой? И как много нужно, чтобы осознать, что ты прожил эту жизнь впустую? Герои спектакля “Что случилось в зоопарке” по одноименной пьесе Эдварда Олби, поставленного в Новгородском театре “Малый” в минувший четверг, ответили на эти вопросы. И не только.



Камерная сцена, несколько софитов, из декораций – пара скамеек. На сцене – двое мужчин. Один – немолодой, холёный, с серьгой в ухе и ярких штанах, читает книгу. Второй – в потёртом пальто и ботинках, неопределённого возраста, выглядит растерянно и устало. На сцене даже музыка не звучит, всё внимание – на диалог длиною в полтора часа. Но зрители сидят, затаив дыхание. Это театр абсурда, дамы и господа, отбросьте логику и отдайтесь происходящему безумию!


“Я СЕЙЧАС БЫЛ В ЗООПАРКЕ” – буднично, как будто так и надо, заявляет мужчина в пальто. Его зовут Джерри, и в ближайшие 90 минут он покачнет здравый смысл главного героя и зрителей в Малом театре Новгорода. Его невольный собеседник, Питер – собирательный образ интеллигента средней руки; про всю его жизнь можно сказать “аккуратно, но со вкусом”, и это считывается с первых минут спектакля. Именно с ним ассоциируешь себя при просмотре, ведь Питер – это то, к чему стремится каждый из нас: у него интересная работа, любящая семья, стабильный доход и несколько хобби. По выходным он в одиночестве наслаждается книгой в парке, это его многолетняя привычка и своеобразный бытовой ритуал. Второго мужчину, Джерри, так просто описать не получится: его поведение и речь эксцентричны, парадоксальны и непредсказуемы, а потому с первых минут диалога именно он правит балом. И разговор этот куда больше напоминает бал Воланда, чем Наташи Ростовой.


Именно Джерри знакомит нас с характером Питера и своим: сначала он навязчиво расспрашивает собеседника о личной жизни, а затем, не спрашивая, выдаёт подробности собственной. Питер – не то от неожиданности, не то от воспитанности – покорно отвечает на вопросы, изредка возмущенно мычит на совсем уж крайнюю бестактность и делает безуспешные попытки вернуться к чтению. Впрочем, истории Джерри оказываются получше любого бульварного чтива: здесь вам и зарисовка о похотливой домовладелице, и кринжовая история про отравление чужой собаки, но главное, как это всегда бывает, остаётся недосказанным – он постоянно намекает на нечто из ряда вон, что сегодня произошло в зоопарке… И каждый раз сбивается на новые байки. Разгадка, разумеется, припасена на конец спектакля, когда ни у Питера, ни у зрителей, уже не остаётся сил терпеть абсурд болтовни Джерри. И поверьте, эта история стоит того, чтобы ждать.



Для тех, кому стало интересно, существует старая добрая классика – а именно пьеса Эдварда Олби, которая практически дословно воспроизведена в спектакле. Олби – классик американской драматургии абсурда, отмеченный многими наградами, в том числе Пулитцеровской премией и наградой Центра Кеннеди за “плодотворно прожитую жизнь”. Именно “Что случилось в зоопарке” в 1958 году принесла Олби известность и признание. Но есть у драматурга и более популярные тексты: “Кто боится Вирджинии Вулф?”, “Три высокие женщины”, “Американская мечта”. Все тексты Олби наполнены абсурдом, остроумными ремарками в сторону современного ему американского общества и неподдельным страхом одиночества. При прочтении невольно вспоминаются такие гиганты экзистенциального абсурда, как Франц Кафка и Сэмюэль Беккет, но тут, как говорится, лучше один раз прочитать, чем сто раз услышать.


Как самостоятельный вид драматургии театр абсурда стал набирать обороты в 50-е годы двадцатого века, в основном, в Западной Европе. Время и место неслучайно, важен исторический контекст: как ни печально, но именно трагические события двух мировых войн вызвали интерес ко всему алогичному и иррациональному. Мунк, Хармс, Кирхнер – перечислять можно до бесконечности, но объединяет эти таланты одно: острая боль от утраты веры в человеческую гуманность, которая отразилась на доброй части творчества двадцатого века. Там, где лозунги о единстве и социальных идеалах начали терять свои позиции, расцвели ростки абсурда и экспрессии, сдобренные отвращением к милитаризму и человеческой отчужденностью. Театр абсурда предложил зрителям избавиться от шаблонов восприятия действительности и использовал для этого весьма действенные инструменты – нарушение классической логики повествования и дискомфорт при просмотре. Однако произведения данного жанра вовсе не лишены смысла, как может показаться: за каждым абсурдным диалогом и действием – авторское видение актуальных проблем общества. Именно уход от привычного хода мысли позволяет драматургам и писателям привлечь внимание к тому, как порой нелепо и пусто всё то, что мы возводим в абсолют.


Это, в конечном итоге, и происходит с Питером в спектакле “Что случилось в зоопарке”: одна случайная встреча переворачивает весь его тщательно выстроенный мир, обнажает хрупкость привычного бытия героя. Да что уж там героя – и всех зрителей.


Отдельно хочется отметить режиссёрскую задумку в конце спектакля, которой не было в оригинальной пьесе: благодаря нехитрому приёму главного героя Питера, а вместе с ним и всех сочувствующих, ставят на место Джерри – и тут уж количество интерпретаций зависит только от вашей фантазии. Кому-то это покажется оммажем к культовому “Бойцовскому клубу”, а кто-то увидит в этом невероятную грусть и одиночество человека постклассической эпохи.


К творчеству абсурда можно относиться по-разному, но нужно признать, что должный эффект оно производит на каждого, кому свойственно размышлять о судьбе общества и личности. А театр “Малый” в Великом Новгороде – это обязательная остановка для тех, кто тяготеет к современному искусству и ценит хорошую актёрскую игру.


Автор: Евгения Изотова

Редактор: Владимир Большаков

Наверх